Сталь у замка оказалась кованой, современное полотно садилось быстро, через какое-то время замок мы все же одолели. Тесный бетонный коридорчик уводил под землю к еще одной двери, однако не такой уж прочной. Расправившись с ней, мы обнаружили склад. На стеллажах торпедными головами лежали наполненные газом баллоны, обильно смазанные тавотом. Баранками висели связки запасных блоков, карабинов, колец. Удавом темнел толстый гайдроп. Было и два якоря, похожих в полумраке на камчатских крабов. В одном из ящиков хранились брезентовые мешочки для балласта, в другом покрытые металлической стружкой экраны-флюгеры для пеленгации.

А в углу стояла целехонькая ивовая корзина, переплетенная для большей прочности парашютной тесьмой. Она была рассчитана на троих. Сенечка легко вспорхнул в нее и долго возился там, точно наседка в гнезде. Минуту спустя он подал голос:

- Та самая. На ней и летали... Но что-то я не заметил одного существенного механизма. А он у нас был и хорошо работал.

Арик вопросительно взглянул на Сенечку.

- Нет компрессора!

- Стоп! - Артур наморщил лоб. - Год назад для подстанции рыли котлован...

- У рабочих мог быть свой компрессор.

- Сходим туда. Вдруг...

Когда мы закрыли двери и собрались уходить, всем сразу пришла одна и та же мысль: а кто будет охранять найденные сокровища? Увидев движение у заброшенного эллинга, обсерваторцы просто любопытства ради растащат все оставленное для нас неведомым капитаном Немо. Если оформить Волобуя, скажем, не сантехником, а сторожем, то надо пробивать через начальство дополнительную должность, хотя и не обременительную для миллионного бюджета, но ощутимую в глазах всевидящего контрольно-финансового ока, брать на баланс все хозяйство, назначать комиссию, которая провозится не меньше месяца. Так что идея со сторожем отпала тут же.